Мы познакомились в процессе подготовки самой первой экспедиции "Линия фронта". Мы – это люди, увлеченные автомобилями колесной формулы как минимум 4х4, героической историей нашей страны и авантюрными идеями. Во многом благодаря советам и помощи Алексея Кравченко, командира поискового отряда "Тризна", мы две недели благополучно, без ЧП колесили по маршруту "Линии фронта", по местам жестоких кровопролитных двухлетних боев, по земле, до сих пор усеянной
взрывоопасным железом. И когда в октябре 2006 г. Алексей позвонил нам с просьбой помочь победить бездорожье, мы долго не раздумывали – едем! Долг платежом красен.
В рамках Вахты памяти ребята из "Тризны" решили найти самолет советской армии, разбившийся в начале войны под Вязьмой. Информацией о нем поделились местные жители и место падения показали точно. Но координат GPS никто при разведке не вбивал и точку на карте не ставил. В команде был человек, который вроде бы точно помнил воронку, оставшуюся на месте взрыва рухнувшей машины. Стало понятно, что надо готовиться к настоящей поисковой экспедиции. Предстояло вновь обнаружить точное местонахождение остатков самолета (по воронке характерной формы и с помощью металлоискателей), а также найти останки летчика или экипажа, чтобы похоронить их на воинском мемориале. Непосредственно наша задача заключалась в том, чтобы доставить от точки, где кончаются дороги и начинаются разбитые лесовозами направления, снаряжение и оборудование поисковой группы как можно ближе к квадрату, в котором упал самолет. Район действия – Смоленская область, подробные данные о местах, где разворачивались события, мы публиковать не станем, чтобы не провоцировать наплыва доморощенных любителей военной истории и мародеров.
Итак, у нас в распоряжении два выходных, на большее рассчитывать не приходится, все люди работающие, если не укладываемся в эти два дня, продолжение через неделю. С местом действия мне повезло. Мой "домик в деревне" как раз в Смоленской губернии, там меня ждет УАЗка. Выехав в пятницу вечером в направлении дачи на "гражданском" форде, мне нужно в субботу утром прибыть к месту встречи уже на боевом коне марки УАЗ-31512.
Утро субботы. Как же мы с УАЗкой соскучились друг по другу и настоящему делу! Урчит двигатель, согревая сталь цвета хаки от морозного осеннего инея, в кузов закинуты палатка, спальник, бензопила, поставлен хлыст антенны радиостанции. Все! На два дня нет
мегаполиса: пробок, офиса, телефонов и компьютеров. На два дня наши машины, прямо как машины времени, перенесут нас на 65 лет назад, в осень 41-го.
Поиски, которые не могут не закончиться.
К назначенному перекрестку у Вязьмы приехал чуть раньше, зашел в придорожное кафе, пью кофе, смотрю на пустынную в этот ранний час дорогу. Именно по ней 7 октября 1941 г. к этому перекрестку с Минским шоссе выскочили передовые части 7-й танковой дивизии немцев – одного из лучших танковых соединений Германии. Дивизия будущего "Лиса пустыни" Роммеля, первая вошедшая в Париж и успевшая на территории СССР выступить замком двух котлов под Минском и Смоленском, и здесь расписалась на первой трагической странице в главе "Вяземский котел" истории Великой Отечественной войны. Но вот и
прибыл второй УАЗ Павла Чадаева с ребятами. Оказывается, основная группа легковых машин проехала раньше. Да, не любит УАЗ больших скоростей, он потом догонит, после асфальта.
Наш путь в центр Вяземского котла. После недолгих блужданий по местности находим нужную деревушку, скорее даже хутор, на окраине которого уже собрались ребята из "Тризны". Кипит чайник, накрыт стол, сразу чувствуется практически армейская организация. Быстрый завтрак, совещание, "недоприводы" оставим здесь на хуторке. У ребят, ходивших в разведку, вызывает сомнение и мой стандартный УАЗ, но я в него верю! Принимаем решение: дальше пойдут три машины – два УАЗа и ГАЗ-69. В них, под крышу, грузим все снаряжение и оборудование, основная часть группы идет "налегке" пешком.
Опуская подробности обычных внедорожных приключений, скажу только, что наши пехотинцы передвигались быстрее обоза... Вот и нужная нам опушка леса! Где-то здесь, по рассказам местных жителей, и упал наш самолет (истребитель или штурмовик). Теперь осталось определить – сможем ли мы подъехать к самой воронке, а для этого ее еще нужно найти.
Как же меняется лес от времени года, совсем недавно показанное место падения с первого раза
разыскать не удается. Меня поражают реперные точки, относительно которых пытаются ориентироваться уже не раз бывавшие здесь поисковики, практически сленговые названия: "разбитая колонна", "Эмка". Наша первая группа из поисковиков и водителей возвращается ни с чем. Второй раз в лес уходит уже несколько групп, через какое-то время возвращается делегат с докладом: "Нашли"! Берем GPS и отправляемся к месту, передовая группа уже орудует лопатами – обнаружили часть крыла и шасси. Сомнений нет – это здесь! Нужно только машины до места дотащить. Час-другой работы, две бензопилы, несколько топоров, много народу, десятки распиленных и растащенных из завалов деревьев - и вот посреди непролазной среднерусской тайги в нескольких метрах от воронки начинает функционировать полноценный лагерь с палатками и навесами, столами и стульями. Развешены мощные светильники, установлен бензогенератор, разгружено огромное количество ведер, лопат, тросов и прочего необходимого оборудования и продовольствия.
<< В начало < Предыдущая 1 2 Следующая > В конец >>