День третий.

Утро началось с осмотра прекрасно сохранившегося укрепрайона рядом с лагерем. Доты до сих пор в идеальном состоянии, да и окопы, частично осыпанные и поросшие травой, четко просматривались. Эти оборонительные сооружения миновали бои. Немцы обошли сие место. Судя по всему, нашим солдатам в окопах даже не пришлось сидеть в ожидании вражеского наступления. Может быть, это была резервная линия обороны, а может, разведка сработала и предупредила об обходном маневре немцев. Такой вывод был сделан по итогам кратких "прощупываний" укрепрайона металлоискателем. В составе нашей экспедиции было несколько человек, занимающихся военной археологией (просьба не путать с "черными копателями"). Они-то и поведали остальным о первом признаке неиспользовавшихся укреплений – отсутствии консервных банок, ведь в ожидании боя войска питаются "сухим" пайком прямо в окопах.

Начали размышлять о возможности починки Opel. Мотор поставили на место, но все-таки машина не могла двигаться своим ходом. Стали думать о вариантах. В итоге вышло следующее. Один из УАЗов по причине настойчивых звонков членам экипажа с места работы вынужден был срочно уезжать в Москву. УАЗ взял на буксир поврежденный Opel и благополучно доставил "раненого бойца" в столицу для ремонта.

Оставшуюся в Заплавье колонну ожидал перегон от Селигера к озеру Шлино и непосредственно к деревне Плав. Дороги, которые нам обещали карты, были неплохими, засадное место предвиделось лишь одно. В этой временной точке состав экспедиции разделился на две колонны. Большая часть экипажей отправилась по грейдерам, на последних 20–25 километрах которого планировался участок по лесам Валдайского заповедника. А четыре самых героических экипажа решились догнать нас в деревне Плав, пробившись по лесам и болотам, той самой Маресьевской просекой. (И надо сказать, что это им почти удалось! Правда расход топлива на этой "дороге" приблизился к соотношению 1000 л. на 100 километров, и помешала реализовать прорыв именно нехватка топлива).

Несмотря на кажущуюся легкость, путь по грейдерам занял больше времени, чем мы думали. Всему виной карты...

В общем, мы заблудились. И бумажные, и выкачанные из Интернета топографические источники отчаянно устарели. В конце концов, разобравшись, вышли на верный путь, но и здесь в несоответствиях недостатка не было. Грейдерные дорожки в большинстве случаев сохранились, но множество деревень, указанных на картах, давно вымерло. В память о некоторых попадаются развалившиеся избы, полянки с яблонями и кусты смородины. Всюду запустение. В силу этого и дороги пришли в соответствующее состояние. По пути нам встретилось несколько речушек и проток, где карты обещали мосты, которых уже давно нет. Хорошо что вода неглубокая, проехали. Попадались и останки деревень с одним-единственным жилым домом или вовсе вымершие.

Въехали на территорию Валдайского заповедника. Об этом поведали проржавевший щит, прибитый к дереву, и табличка с предупреждением о запрете на любой вид охоты. Табличка-предупреждение была прострелена крупной дробью в нескольких местах и явно служила мишенью не одной компании охотников. Судя по всему подвыпивших.

Начался лес. Грязь. Лесовозные колеи. Впрочем, серьезных препятствий они собой не представляли. Затопленные участки и броды преодолевали благополучно. Несколько раз использовали трос для "севших" коллег. Набрал воды только один УАЗ, остальные застревали в менее глубоких местах.

Как люди заражаются вирусом "покорителей грязи"? В нашей колонне, как уже было сказано, многие УАЗы были единственными в семье. Поначалу водители останавливались перед пугающими бродами или болотцами. Слышался типичный монолог: "Да вы что!!! Я тут не проеду, машину утоплю!" Однако, глядя, как подобные автомобили проходят "засаду" без проблем, приходилось проявлять отвагу и преодолевать "засаду". Далее следовали эмоциональный взрыв, эйфория, восторг.

Особенно сильно поступки взрослых восхищали детей. В случае, когда старшие по возрасту осторожничали, они буквально требовали от них подвига, уверяя, что "здесь мы проскочим на раз"! Приходилось идти на уступки.

Наконец, GPS обрадовал нас известием, что через километр-два лес кончится и мы вот-вот выедем к деревне Мартюшино, от которой рукой подать до озера Шлино. Но на преодоление этого километра ушло около трех-четырех часов! Нам предлагалась развилка из трех грунтовок, которые опять сходились у самого населенного пункта. Две из них – явно используемые лесовозами и вдобавок заболоченные. Зато нет деревьев и пней. Третья, видимо, была дорогой во время войны или даже чуть ранее. Очертания угадываются, болота нет, правда, слалом между деревьями и торчащие коряги вместе с большими камнями обещали приключения. Нет, конечно, сначала, надев болотные сапоги, мы досконально изучили лесовозные тропы, наивно полагая, что это и есть путь наименьшего сопротивления, учитывая, что у нас много штатных и семейных машин. Однако болота и сам грунт вызвали серьезные сомнения в возможности преодоления этого спецучастка, а потерянный каким-то КамАЗом кардан на каменной горке и вовсе выглядел многообещающе! В результате визуальных и геодезических исследований выбор пал в пользу старой заросшей тропы. Сказка! Всего-то несколько часов работы бензопилой, и самые неприятные пеньки-коряги удалены. Начали движение по очереди. Фигурное вождение между деревьями сдали все пилоты. Хотя, по правде говоря, каждой последующей машине весь этот участочек давался все тяжелее. Мягкий грунт размесили достаточно быстро. А кое-где из грязи торчали большие острые камни. В одном месте дорогу преградил настоящий булыжник – нескольким мужикам во избежание неприятностей пришлось страховать проползающие автомобили руками. Тактика оказалась верной. Отработали ее на Cherokee, который выскочил на булыжник и в результате погнул рулевые тяги, и повредил переднюю подвеску. Остальных эта участь миновала. Метров через двести, вплотную к просеке, по которой мы пробирались, пролегала канава. Один УАЗ все-таки сполз в нее двумя колесами и завалился на бок. Другому повезло больше – просто застрял.

Вообще, судя по картам и многочисленным туристским ресурсам в Интернете, этой дороге есть альтернатива, вернее была. Дело в том, что по слухам, значительную часть южного берега озера Шлино купили или каким-то образом приватизировали два известнейших в стране человека – бывший премьер и сын одного национального гения. Теперь эта территория огорожена и охраняется. Вот и выходит, что более легкого пути у нас не было, ибо уважаемые люди отдыхают на природе (а природа отдыхает на них?). Слухи о землевладельцах подтверждали позже и местные жители.

Наконец к вечеру мы выехали из леса. До наступления темноты нужно было найти место для стоянки поближе к деревне Плав. Следовало торопиться, но все-таки потратили еще какое-то время на осмотр церкви в Мартюшино. Храм недействующий, но неплохо сохранившийся, осталось даже несколько фресок под куполом. На стенах присутствуют надписи и имена, датируемые 1937, 1939 и 1940 годами, а на фресках множественные следы от пуль. Это стреляли точно не немцы. Наверняка подоночки из НКВД развлекались.

Для того, чтобы добраться к деревне Плав, нам пришлось почти полностью обогнуть озеро Шлино. Места красивейшие! Брода, как обещали карты, перед Плавом не оказалось, вместо него, построенный давным-давно мост. Полюбовавшись удивительно яркими красками заката, в сумерках стали искать лагерь. Вот когда сработала массовость! Разделившись на колонны по 2-3 машины, пустились на поиски. Потребовалось около пары часов, а будь нас меньше, все это могло занять куда больше времени. В итоге, расположились неподалеку от Плава, у живописного и совершенно безлюдного лесного озера Клеветецкое. На заросшем лесом берегу с трудом нашли пригодный для ночевки луг с высоченной травой.

Ну и что ж? Траву укатали машинами, создав мягкие и ровные площадки для установки палаток. Достаточно вымотавшись за день, ужин и посиделки у костра в этот вечер были у нас недолгими. Усталость брала свое и спать мы завалились быстро.